Почему зимой плохо всем, а не только велосипедистам

Выпал снег, и московская велоинфраструктура превратилась в тыкву. Но страдают не только велосипедисты — с нашими зимними улицами явно что-то не так.

Департамент транспорта обещал продлить работу временных велополос до 1 декабря, но по факту они прекратили свое существование, как только пошел снег. Вот так вот выглядела в понедельник велодорожка на Лесной, которую летом так и не смогли победить активисты — надо было им звать на помощь не Кэти Хараизде, а московский департамент ЖКХ.

На временных велополосах это еще можно понять — их изначально делали «до зимы», уборка снега в их ширину заложена не была. Но вот это уже постоянная инфраструктура — велополоса на бульварном кольце на пересечении с Тверской. Это ведь не просто снег нападал — коммунальные службы специально его туда сгребли.

Фото: Маргарита Леонова

Глядя на такие картинки, легко поверить, что Москва — не для велосипедов. Или нет? Москва — не единственный город, где бывает зима, и многие такие города успешно с этим справляются. Возможность уборки должна быть предусмотрена на этапе проектирования, а коммунальные службы иметь соответствующий регламент. К примеру в Копенгагене в ширину велодорожек заложен дополнительный метр на складирование снега, а в Чикаго рассчитывают ширину велополос так, чтобы по ним могла проехать уборочная техника.

Главный зимний ужас — это черная жижа, в которую стремительно превращается упавший на землю снег.

Зима в Москве страшна не тем, что темно и холодно — для этого у нас есть электричество и пуховики Uniqlo. И даже не плохой уборкой. Главный зимний ужас — это черная жижа, в которую стремительно превращается упавший на землю снег. От этого страдают все. Пешеходы месят ее ногами и ловят на одежду брызги из под колес автомобилей, а сами автомобили покрыты омерзительными грязными подтеками.

Стокгольмская улица после снегопада.

Однажды я провела три дня в Стокгольме во время непрекращающегося снегопада. Температура была вокруг нуля, как в Москве в последние дни, поэтому снег, который убирали не то чтобы очень ретиво, превращался в лужи. Поразительно — но вода в этих лужах была прозрачной. А вот как талая вода выглядит в Москве.

Фото: Маргарита Леонова

Можно потратить на благоустройство миллиарды денег, посадить деревья-крупномеры, купить самые лучшие скамейки и проложить километры велодорожек. Но если улицы вашего города несколько месяцев в году выглядят как раскисшее колхозное поле, грош цена вашему благоустройству. Тут можно спорить, откуда берется эта грязь: приезжает из пригорода на колесах машин, стекает с неправильных газонов или что-то еще. Но это не главное.

Как известно, первый шаг к решению проблемы — её признание. Так вот: я ни разу, ни на одном урбанистическом форуме, в СМИ или где-то еще не слышала от московских чиновников, что у нас есть проблема с грязью. Никто об этом не думает, никто не беспокоится — нет у московской мэрии такой проблемы. Поэтому она и не решается. И дальше можно уже думать о совместимости: то ли у нас Москва не для велосипедов, то ли московские чиновники не очень подходят Москве.

Фото вверху: Валерия Райт